Я вёл перевод переговоров со стороны коалиции имея дело с контерпартом - тяжёлым упёртым врагом талибанским.
Как и в прошлом, как и теперь,
так и том случае
двух часов общения хватало мне,
чтобы предоставленная мне для переводов в данном случае афганская паштунская, (но сколько их было до и после: таджикская, иранская, узбекская...)
сторона начала чувствовать во мне "своего" и вести со мной себя неформально, как с одним из "своих".
Я ведь внешне почти не отличаюсь от них, говорю на их языках лучше их, понимаю и артикулирую их позицию лучше чем они...
Но одно дело если это члены правительственной делегации какой-нибудь бывшей среднеазиатской республики СССР, с их неизменным: "Скажи ему, что..."
и неизменным вопросом: "Как бы ему доказать, что..."
Такое я, в нарушение протокола, никогда не перевожу дословно,
чтобы не вызвать у моих австралийских, американских или британских товарищей недоумение и всегда, как могу сглаживаю...,
что в конечном итоге переводит переговоры в практически менее эмоциональное русло и помогает "сблизить позиции"...
Но тут передо мной стоял убийственный мусульманский фанатик,
вся природа которого была настроена на убийство "инфиделев"
и на переговоры-то он согласился только из-за надоедливых и истощивших его босоногую гвардию союзнических бомбёжек...
Поразительно, но ощущением "свой"
этот старый, опасный для всего живого лис (его уже давно нет в живых!), проникся ко мне с первых же фраз...
Когда на следующий день начались тяжёлые переговоры
его, полного изначального презрения и ненависти к переговорщикам с нашей стороны, вдруг прорвало...
И он начал высказывать мне весьма обидные и гадостные лживости в адрес наших представителей, стран коалиции и даже угрожать...
Я ни одного слова из этой тирады не перевёл, попросил перерыв
и весьма чётко объяснил ему что его позиция ничто иное, как злобный пиздёж
ему это никак не поможет и что вести себя надо хотя бы чтоб не сорвать переговоры...
Всё это конечно записывалось, как и положено, для дальнейших анализов службами к которым я отношения не имею...
и вот меня через неделю вызвали начальники "Детского Фонда" и строго отругали за "неосоризированное вмешательство"
и предупредили об административных последствиях, за уклонение от дословного перевода.
Нужно сказать, что я серьёзно рисковал в материальном плане.
Моя годовая зарплата в "Фонде" была установлена символически в 1$US в год.